Краткая история венчания
Христианские авторы I–II века ничего не сообщают о том, что именно совершалось при вступлении христиан в брак. Можно предположить, что христиане, в целом, справляли свадьбы согласно обычаям окружавшего их общества. Однако уже св. Игнатий Антиохийский (II в.) говорит о необходимости получения церковного благословения, желающими вступить в брак:

«Те, которые женятся и выходят замуж, должны вступать в союз с согласия епископа, чтобы брак был о Господе, а не по похоти».

Указания на участие в церковном обряде здесь еще нет. Венчание (использование венков на голове новобрачных) – это дохристианский свадебный обычай. Священник Михаил Желтов пишет:

«В античной и эллинистической Греции был широко распространен обычай украшать дом, где проходило брачное торжество, цветами, а головы молодых – венками, и Церковь восприняла его, очистив от языческих атрибутов и дополнив христианскими элементами, главный из которых – Причащение Св. Таин».

Свт. Иоанн Златоуст в IV веке высоко оценивает христианский обряд брачного венчания и объясняет его как символ победы молодоженов над плотскими удовольствиями. К V веку на Востоке совершение венчания (как народного свадебного обычая) при вступлении христиан в брак стало обычным явлением. На Западе в это время аналогом венчания был обряд velatio (заключающийся в возложении на голову особого плата). В дальнейшем развитие чина церковного благословения брака на Западе происходило иначе, чем на Востоке, и венчание не стало основным его обрядом.

Вероятно, сначала венчание вошло как обязательная часть в церковное чинопоследование только при бракосочетании византийских императоров и высокопоставленных чиновников. К IX веку чинопоследование благословения брака, включающее обряд венчания, в Византии уже было широко распространено и, вероятно, совершалось над всеми желающими. 89-й новеллой императора Льва Мудрого (IX–X в.) церковное благословение брака было объявлено обязательным для всех граждан империи.

К XI веку чинопоследование венчания брака стало основной формой церковного благословения брака в Православной Церкви, что, в частности, вытекает из 24-й новеллы императора Алексея I Комнина (1084). Согласно 31-й новелле императора Алексея I Комнина (1092), норма обязательности венчания брака распространялась и на рабов. Император Андроник II Палеолог (1282–1328) и свт. Афанасий Константинопольский (1289–1293; 1303–1309) окончательно запретили заключение брака без ведома и благословения приходского священника.

Важно отметить, что хотя чин церковного венчания стал признаваться обязательным для граждан империи только в Средневековье, а в раннехристианский период его не существовало, практика благословения христианских браков священнослужителями установилась уже в раннехристианские времена. Священник Михаил Желтов пишет:

«До IV века особого чинопоследования брака в Церкви еще не было; достаточным для освящения брачной жизни христиан было постоянное участие их в Евхаристии. Христиане совершали брачную церемонию в соответствии с античными обычаями, но перед тем испрашивали у епископа его согласие».

В VIII веке в чин венчания брака входило: собственно венчание, Причащение Святых Таин и вкушение от общей чаши (что символизировало начало брачного пира). Совместное Причащение подчеркивает единство супругов во Христе. Известный литургист священник Михаил Желтов пишет:

«Исключение к XVII в. Причащения из православного чина таинства Брака нарушило многовековую литургическую традицию Церкви, а связь между христианским браком и освящающим его на протяжении всей жизни супругов таинством Евхаристии для многих перестала быть очевидной. Скорее всего, главная причина исключения Причащения из чина венчания брака – это постепенное охлаждение после XV в. стремления христиан к частому Причащению и одновременно чрезмерное устрожение требований к причастникам-мирянам. <…> Тем не менее, в Церкви не утрачено осознание связи между христианским браком и Евхаристией, и в большинстве храмов желающих повенчаться приглашают причаститься за литургией в день свадьбы; в греческих и славянских балканских Церквах в настоящее время широко распространен восходящий к XVIII в. чин венчальной литургии, где чин венчания брака вообще включен в обычное последование Евхаристии».

Закон об обязательном венчании браков православных христиан перешел из Византии на Русь. Древнерусские памятники канонического права во всем своем многообразии свидетельствуют, что с началом христианизации Руси русские святители насаждали в сознании духовенства, знати и народа, что единственным законным супружеством может быть только брак, венчанный в Церкви.

Так уже свт. Иоанн II Киевский († 1089) в своих канонических ответах всех, кто «без благословенья счетаются», требует признавать «чужим быть нашей веры, отвержены соборной церкви». Кроме того, искореняя мнение, что венчание в Церкви только для бояр и князей, а не для простого народа, святитель дает следующее указание:

«Иже кроме божественной церкви и кроме благословения творят свадьбу, таинопоимание наречется (т.е. по греко-римскому праву незаконный брак): иже такопоимаются, якоже блудником епитимию дать».

Свт. Иоанн Новгородский (в монашестве Илия) в своем поучении 1166 года велит священникам тех, кто из их паствы живет беззаконным браком, понуждать венчаться, но между тем и накладывать епитимию «занеже не по закону Божьему сочеталася».

В этом же духе наставляет свт. Максим, митрополит Киевский и всея Руси (1283–1305):

«Пишу же и се вам, детям моим, и да все чада мои, порожденные в купели новосвященной. Да держите жены от святой соборной и апостольской церкви, занеже жена спасения ради человеческого бысть. Аще же их держите в блуд, без благословения церковного, то что ти в помощь есть? Но молись им и нуди их, аще и старые суть и младые, да венчаются в церкви».

Примечателен ответ на вопрос, как поступать со вступившим в третий брак, свт. Киприана, митрополита Киевского и всея Руси (1389–1406), который тот дает некоему игумену Афанасию. Святитель таковых настаивает венчать:

«Сим заповедуем венчаться, а не блудом житие свое растлевать… Аще ли же венчаться не восхотят, таковых благословию не сподобить, ниже просфоры от них или свечи в церковь не приимать, дóндеже венчаются, или разлучатся».

О необходимости наказывать нежелающих венчаться в Церкви писал в своих посланиях свт. Фотий, митрополит Киевский и всея Руси (1408–1431). Так он велит налагать на живущих с женами «без благословения поповского» епитимию «как блуднику», «и приводить их к православию: со благословлением бы поимались с женами. А не со благословлением восхотят жить, ино их разлучать». Тех же, которые упорствуют в своем нежелании венчаться, святитель Фотий уподобляет «разрушителям и ругателям закона Божьего», подлежащих гражданскому и духовному наказанию, «яко душегублены суще». Священникам же велит таковых «от церкви удалять, и доры не давать, ни Богородичного хлеба, ни святого причастия, дóндеже с покаянием и со слезами законным браком совокупятся».

Свт. Иона, митрополит Киевский и всея Руси (1448–1461), также уподоблял жизнь христиан «с женами незаконно в невенчании», делом «Богу сопротивным и ненавистным», ведущим «к крестьянской погибели». Эти и другие примеры показывают, как строго относились русские святители к вопросу о необходимости церковного венчания. Примечательно, что в это время в народе по-прежнему играли часто свадьбы по-своему, независимо от церковного благословения (что порицалось церковными властями), как это происходит и сегодня.

В синодальный период (XVIII – начало XX века) все вопросы брачного права православных христиан решались Церковью, и заключить законный брак было невозможно без венчания.

До XVIII века обручение, предваряющее венчание, совершалось отдельно. В 1775 году Святейший Синод издал указ о непременном совершении церковного обручения в одно время с венчанием. Этот указ устранил возможность возникновения коллизий, связанных с расторжением обручения. Исключение делалось с тех пор только для лиц императорской фамилии, венчанию которых по-прежнему предшествовало отдельное чинопоследование церковного обручения.

Такая ситуация продолжалась до 1917 года, пока советская власть не присвоила себе право свободного заключения и расторжения браков всех граждан, независимо от Церкви. В ответ на это Поместный собор 1917–1918 гг. издал определение, где в частности говорилось:

«Запись брачующихся в гражданских учреждениях не может заменить церковного браковенчания, как святого Таинства, освящающего и укрепляющего супружеский союз мужа и жены благодатною силою. Поэтому брачные сожития на основании одной только записи в гражданские книги, или так называемые гражданские браки, непременно должны быть освящаемы церковным венчанием. Церковное же венчание возможно лишь в том случае, если к совершению брака нет канонических препятствий».